среда, 17 июля 2019 г.

На Полесских пасеках уже вызрел первый мед

На Полесских пасеках уже вызрел первый мед

Первый мед хоть и называют майским, откачивают в июне. Душистый, ароматный, в составе которого пыльца подснежников, садовых деревьев. Нежное разнотравье, поэтому мед светлый и почти без запаха. Второй мед — с ароматом акации и липы. Более темный. Третий, последний, выкачивается в конце лета. Он самый насыщенный по вкусу, ароматный и темный по цвету. Нынешняя теплая весна ускорила вызревание меда на несколько недель. Николай Качановский из Пинска уже попробовал первый мед со своей пасеки. И согласился показать процесс его «добычи» из ульев.
На Полесье пчеловодство в почете с древних времен. Потомственный пчеловод, Николай нашел архивные документы от 1539 года, там и написано, что бортничество — основное занятие жителей многих деревень Пинского района. Посмотреть и попробовать, каково оно на вкус — целебное лакомство, отправляемся на малую родину Качановского — в Качановичи.
Николай Качановский признается: прежде чем пчеловодство стало не только его увлечением, но и источником дохода, семейным бизнесом, довелось испытать себя в разных инженерных должностях. Зато теперь, говорит, без меда и пчел свою жизнь не представляют ни он с супругой, ни трое дочерей с мужьями.
— День, прожитый на пасеке, в годы не засчитывается, — смеется мой собеседник. Попробуй не верь ему, если в 65 выглядит Николай получше иных 40-летних офисных работников.
Встречает нас хозяин агроусадьбы и не к ульям сразу ведет, а борти показывает. У него в «коллекции» 55 колод из разных пород дерева — дубовые, сосновые, из липы и даже из вербы. Некоторым лет по двести — не меньше. В трех колодах живут пчелы.
На дедовскую сосну он установил пять колод.
— Поднял пять маленьких бортей, чтобы дерево выдержало. В нынешнем году в одну заселились пчелы.
— Зачем гвозди на досках под колодами и штыри на земле у ствола дерева? — мне мудреная конструкция кажется непонятной.
— От медведей, раньше их много на Полесье было. Тот, который в Беловежской пуще объявился недавно, вряд ли ко мне дойдет, но туристам конструкцию показываю и рассказываю, как берегли мед от косолапых разорителей. Те, кто побогаче, вбивали стальные гвозди, победнее — деревянные. Но даже при такой защите медведи умудрялись разорять улья. Считалось, чем выше борть, тем слаще мед, потому что вредителей наверху поменьше и зимовка проходит лучше.
Бортничество — промысел уодящий. Дикий мед — редкость. Как и дикие пчелы. Николай Качановский говорит, что разведение пчел в искусственных дуплах деревьев и в колодах уходит в прошлое:
— Современный улей дает 50, а то и больше килограммов меда. Борть — 15 — 20.
Для получения одного килограмма меда пчеле нужно посетить от 2 до 10 миллионов цветков. По информации Союза белорусских пчеловодов, в нашей стране сегодня 230 — 250 тысяч пчелосемей — в два раза меньше, чем 20 лет назад.
Польский фотограф и путешественник Кшиштоф Хейке — автор фотовыставки «Последние бортники Европы, которых я повстречал» (именно на Полесье он сделал большинство снимков) — мечтает подать совместную польско-белорусскую заявку на внесение бортничества в число шедевров устного и нематериального культурного наследия человечества ЮНЕСКО.
Николай Качановский с Хейке согласен:
— Подобный вид пчеловодства — историческая и туристическая ценность. В Польше и Литве бортников на одной руке пересчитать можно, только на Полесье и остались.
Кроме бортей, в Качановичах у Николая на родительском подворье пасека с 60 современными ульями. Пчела — насекомое высокоорганизованное и чувствует отношение к ней человека. Мне подходить к ульям без спецодежды опасно — пчел я боюсь, но пчелы-охранники (у них есть разделение функций), препятствующие проникновению в улей чужаков, вряд ли это оценят.
— Подходите, называйте фамилию и просите себя не кусать, — то ли шутит, то ли всерьез говорит Николай.
Не рискую.
Первый мед нынешним летом Качановский уже откачивал. Пошел второй. Николай надевает защитную маску с мелкой сеткой и забирает из ульев запечатанные рамки.
Дымарь, воздуходувка, нож для вскрытия рамок, стамеска, весы, тара... Много веков приспособления одни и те же. Только медогонка чаще используется электрическая, чем ручная.
Выкачка — процесс трудоемкий и утомительный. Но для Николая привычный. Тонкой струйкой мед течет в емкость из медооткачки и образует бугорок на янтарной поверхности. Это один из признаков хорошего, качественного меда.
— По внешнему виду и на вкус определить поддельный мед сложно или просто?
— Лучше покупать мед у пчеловодов, а не у перекупщиков на выставках, — советует Качановский. — Надо попробовать, понравился — значит, ваш продукт. Даже хороший мед может не понравиться, так как там могут быть травы, которые вам не нужны.
Каждый вторник Качановский принимает у себя в агроусадьбе гостей — туристов круизного лайнера «Белая Русь», который курсирует от Бреста до Мозыря и обратно. Угощает полесским медом, рассказывает о бортниках и агитирует за здоровый образ жизни.
— Сахар, жареное мясо и некачественный алкоголь — от этого лучше отказаться. Когда-то мой отец заметил, что в Качановичах дольше живут те, кто ест рыбу, а не мясо. А на сладкое — мед с земли, намоленной предками, с пасек, которые расположены в той местности, где вы живете.
Разговариваем с Николаем и его 90-летней мамой Марией Михайловной за чаем с медом до позднего вечера. О пчелах, роль которых в жизни планеты мы недооцениваем. О том, как цивилизация влияет на биоразнообразие, а соответственно, и на пчел. О корнях, без которых у человека нет будущего. Философия полесского пчеловода проста и понятна. Жаль, в суете мы забываем, что счастье состоит из мелочей...
КСТАТИ
Белорусский мед условно можно разделить на светлый и темный. Первый хорош при проблемах сердечно-сосудистой системы, переутомлении, любим детьми и людьми в возрасте. Темный мед насыщен микроэлементами и ферментами, полезен при малокровии как общеукрепляющее средство.

Комментариев нет:

Отправить комментарий